Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

Валюха

Вот уже несколько месяцев она живет в мире тех "кому за". В 30 мечта удачно выйти замуж, нарожать кучу детей и печь блины по воскресеньям стала, увы, несбыточной. Она все еще хороша собой, но Валюхам не предлагают руку и сердце и, тем более, не обещают любить до гроба. Подруги плачут в жилетку, мужчины сулят отменный секс на заднем сиденье авто, начальники обнадеживают повышением, а соседские бабули сочувственно глядят вслед.

Впрочем, ее жизнь всегда была мышинной, такой же серой и бессмысленной. Сначала она бежала в школу, потом в институт, затем на работу. Не менялось ничего кроме маршрутов. Разумеется иногда случались яркие вспышки, однако отовсюду сквозила фальшь. Образ женщины-вамп на сайте знакомств, умные вещи в социальных сетях, организация тематических вечеринок и даже регулярное посещение занятий по танго никак не способствовали изменению жизненного сценария. Валюху никто не замечал, как будто ее и не было совсем.

Она всегда мечтала писать. В детских снах перелистывала страницы своих книг, вкушала запах типографской краски, представляла как подписывает фолианты звучным именем Валенсия. Богине пера беспрекословно подчинялись буквы, перед ней послушно склоняли головы музы, покорно занимали свои места витиеватые фразы.

Кажется, она наконец-то нашла пристанище. Добро пожаловать домой.

Петровна (задание 5)

Петровна жила в одном из самых красивых домов краевой столицы. Этот особняк за свою вековую историю повидал не мало жильцов разных мастей. В нем чуть больше ста лет назад благородные дамы кружились в танце, виртуозно стреляя глазками из-за пестрых вееров, затем во время вражеского вторжения здание занимал военный совет, принимая стратегические решения, а когда наступил мирный период здесь расквартировали заслуженных граждан. По утрам бывший дворец превращался в гигантский муравейник: на кухнях кипятили чай и резали колбасу, в туалеты выстраивались длиннющие очереди, лестничные клетки утопали в папиросном дыму, а десятки радиоприемников вещали новости с полей.

Петровна родилась и выросла в этом старинном здании, а посему знала все ходы и выходы, с закрытыми глазами могла пройтись по вентиляционным шахтам и уйти незамеченной через канализационные люки. Она многое повидала и услышала на своем веку, благодаря чему могла стать отличной находкой для шпиона. Соседи дамочку, мягко сказать, недолюбливали. Единственным ее другом была выжившая из ума старуха Глафира Александровна, потомок какого-то древнего дворянского рода. Бывало заварит Глафира чай с мятой, насыпет сушки в хрустальную вазочку, сверху разложит кусочки рафинада и зовет трапезничать: "Петровна, прошу к столу!" А после раскроет дубовый шкаф и давай перетряхивать некогда модные штучки. Была у этих особ общая страсть - натуральные меха. По молодости Петровна сходила с ума от собольих перелин, лисьих горжеток, беличьих муфт и горностаевых палантинов, но с годами стала ценить более практичные вещи - песцовые манто, норковые шубы и хорьковые жакеты. Несмотря на солидный возраст она старалась сохранить аристократическую бледность, поэтому в гости заглядывала строго по вечерам, когда солнечные лучи не могли коснуться ее нежнейшей кожи. Жильцы старались избегать встречи с беспардонной визитершей и поэтому тщательно прятали меховые обновки подальше, но настырной посетительнице частенько удавалось проскользнуть в открытые двери и пощупать заветные вещички. Каждый раз Петровна с упоением вдыхала запах свежих шкурок и придирчиво осматривала каждый волосок, что приводило владельцев в бешенство. Разгневанные хозяева строчили жалобы в ЖЭК и различного рода комитеты, но это не возымело действие.

Однажды Петровна с горечью обнаружила, что ее дражайшая подруга исчезла, а здоровенный шкаф опустел. Вся комната была заставлена тюками, меж которыми пухлый мальчишка катал свой грузовик. Снедаемая любопытством, она решила проверить пожитки новых хозяев.

"Оп! Мааам, смотри, я бабочку поймал!" - радостно закричал парнишка и разжал кулачок. На упитанной ладошке ребенка лежала обычная моль. А вы говорите: "Шубы, шубы!"